Города на Мурмане

Апрель

Над нашим домом флаг апреля - на синем фоне сизари

Монетку солнца ищут кряквы
на дне холодного пруда,
все обещания и клятвы
давно проверили года.

Пробилась на газонах зелень,
и талая вода сошла,
тот возраст, что назвали зрелым,
совсем не чувствует душа.

А мать-и-мачеху в овраге
рассыпал день снопами искр,
и трудно словом на бумаге
мне передать ночную мысль.

Играть с судьбой поднаторели,
а вот не спится до зари...
над нашим домом флаг апреля -
на синем фоне сизари.


И ручей обмывает лодыжки ракит

Ничего, что раздета ольха донага,
по оврагам хоронятся нынче снега,
и сметают дожди под стволы и в кусты
потемневшую медь прошлогодней листвы.

По-хозяйски освоились в роще грачи,
и доверишься сердцу в бессонной ночи,
что получится всё, как себе загадал,
а за тридцать давно - разве это года.

Закрутилась быстрее времён карусель,
взбудоражено небо прилётом гусей,
и ручей обмывает лодыжки ракит...
и болевшее долго уже не болит.


Ива тонкими руками снимет пену облаков

Талый снег уходит в небыль,
листья палые смели,
и встречают новый стебель
в чёрном с золотом шмели.

Старый пруд закован в камень,
по обычаю веков,
ива тонкими руками
снимет пену облаков.

Ночи светлые, надежды,
вёсны дарены тобой,
ветка ниточкой удержит
неба шарик голубой.

Дни ненастные воруют
блики солнца, свет зари...
но про молодость вторую
нам воркуют сизари.


А снег в кустах - бумагой смятой

Под крик гусей стряхнули ивы
дремоту в синеву пруда,
сугробы умерли - мы живы,
а прядь седая - не беда.

Дорога - зеркалом разбитым,
в осколках - ноги, пол-лица,
судьба испытывает бытом
и наши чувства, и сердца.

Поверишь - многое изменим,
печали на ветру развей,
где облачко, воздушным змеем,
сорвалось с ниточек ветвей.

Навек останется, что свято -
слова любви, тепло руки...
а снег в кустах - бумагой смятой -
ушедших зим черновики.


Берёза у зеркальной лужи примерит новые серёжки

Не в первый раз - невзгоды сдюжим,
весенних трав увидим стёжки,
берёза у зеркальной лужи
примерит новые серёжки.

А снегу жить всего неделю,
об этом знает кустик жалкий,
и траур по зиме надели
ещё вчера грачи и галки.

Вздохнёшь, а  месяц улыбнётся -
тебе решать, что в жизни вечно,
для уточки монетку солнца
достанет селезень из речки.

Дожди свои разучат гаммы,
мы журавлей уставших встретим...
истлевший до трухи пергамент
осенних листьев кружит ветер.


Тюльпан над палым листиком затеплится свечой

Смахнула роща чахлая
последний снег с плеча,
проснулась мать-и-мачеха
от пения ручья.

За дымкой первой зелени
зеркальная вода,
крупицу солнца селезень
достал со дна пруда.

С обидами покончено,
твоя улыбка - знак,
цветущей вербы облачко
накрыло березняк.

Любви простая истина -
от слова горячо...
тюльпан над палым листиком
затеплится свечой.


Из серебра цепочки у вербы на руках

Уже проснулись почки,
зима осталась в снах,
из серебра цепочки
у вербы на руках.

Любовь и память святы
на наш короткий век,
в кустах бумагой мятой
лежит последний снег.

Листочка рваный парус
качает сонный пруд,
пока былым я маюсь,
ты создаёшь уют.

Худых берёз рубахи
заношены до дыр,
дожди, невзгоды... птахи
весенний славят мир.


Худые лодыжки рябины заботливо моет ручей

Стареем - никак без таблеток,
без вздохов и глупых обид,
в фонтанах берёзовых веток
апрельское небо рябит.

Не сетуй - судьба не скупая,
и дней не так много пустых,
тепло воробьи покупают
за медь прошлогодней листвы.

И нечем особо хвалиться,
и плакаться повода нет,
на грудке у каждой синицы
блестит золотой амулет.

Запомнило сердце - любили
и радости лучше врачей...
худые лодыжки рябины
заботливо моет ручей.


Пришли сюда клёны босые послушать распевки дроздов

Обиду давнишнюю злую
оставь на краю синевы,
где бабочки утром целуют
шершавую щёку травы.

Ветвей неразборчивый почерк -
писали о том, что болит,
а облако - смятый листочек -
зима уронила вдали.

Весну славит каждая птаха,
ручей - на своём языке,
косматые ивы в рубахах
выходят молиться к реке.

Усмешки и взгляды косые
забудем - начнём всё с азов...
пришли сюда клёны босые
послушать распевки дроздов.


На берёзовой веточке неба лоскут

О судьбе разговоры уже не влекут -
вспоминается чья-то вина,
зацепился за веточку неба лоскут
и трепещет в проёме окна.

Не озлобились, живы, не стали грубей,
не горюй, а уныние - грех,
белизною пометил виски, голубей
и берёзы растаявший снег.

Не вздыхай, нам апрельские ночи вернут
всех ушедших в красивые сны...
на берёзовой веточке неба лоскут,
улыбнись - это вымпел весны.


И утром грач из лужицы напьётся синевы

Метели - дело прошлое,
а мы тепла всё ждём,
и мокнет клён взъерошенный
под сереньким дождем.

И к свету окон клонится
всю ночь сирени куст,
у ветерка - бессонница,
у нас на сердце грусть.

На ветке почка тужится -
рождение листвы,
и утром грач из лужицы
напьётся синевы.

Не раз весну встречали -
знакома маета...
стряхнём с души печали,
как капельки с зонта.



Шепнёт словечко двум берегам лесная речка

В прозрачной роще листик прелый
и снег соседствуют в апреле,
с утра воркует голубь сизый,
что у весны свои капризы.

С ракиты теней паутину
стряхнёт на пруд косяк утиный,
с последних пор вошло в обычай -
в субботу слушать хор синичий.

Весенний воздух вкусный-вкусный,
а под ногами ветка хрустнет -
о нас с тобой шепнёт словечко
двум берегам лесная речка.

Сосна кольнет иголкой острой...
и это только мысли просто,
что ветерок ладонью синей
с волос смахнуть не может иней.

Мне дали тысячи разных имён
Я вечно несу их по руслу времён
Я был до отсчёта, до первых минут
Где «рано» и «поздно» ещё не живут
Сменял поколенья, эпохи, века
Их следы растворяются в царстве песка
Я лишь проводник между «было» и «ждёт»
Вековой часовщик начинает свой счёт

Тик.
Так.
Тик.
Так.
Время сжало всё в кулак.

Время крутит, время делит
Время режет, время целит
Механизм ведёт расчёты
Стрелки чертят обороты
Время взвесит, время снимет
Время держит, время примет
Стон пружин под шум песка
Каждый круг — как день сурка

Мне подвластны секунды, минуты, часы
Я дроблю их на вдохи, шаги и следы
Кому — долгий маршрут, кому — резкий обрыв
Кому — жизнь на разгон, кому — вечный надрыв
Время движется дальше, не зная преград
Превращая движение в точный расклад
Ваша жизнь пролетает — сквозь пальцы течёт
Стрелка сделала круг и продолжает отсчёт

Тик.
Так.
Тик.
Так.
Время не вернуть никак.

Время крутит, время делит
Время режет, время целит
Механизм ведёт расчёты
Стрелки чертят обороты
Время взвесит, время снимет
Время держит, время примет
Стон пружин под шум песка
Каждый круг — как день сурка

Шестерни ловят друг друга в захват
Стрелки и дальше в циферблатах кружат
Пружины хранят накопленный крик
Треск оборотов — привычный язык
Маятник сбился — нарушился такт
Зубцы проскользнули, разорван контакт
Сердце машины замедляет свой ход
Обрывая кому-то жизни отсчёт

Тик.
Так...

Время встало, время было
Время звало, время всплыло
Механизм закрыл расчёты
Стрелок встали обороты
Время пало, время жило
Время ждало, время смыло
Срыв пружин — и тишина
Вечный сон — и пелена

Время встало, время было
Время звало, время всплыло
Механизм закрыл расчёты
Стрелок встали обороты
Время пало, время жило
Время ждало, время смыло
Срыв пружин — и тишина
Вечный сон — и пелена

Делай сейчас, пока стрелка жива
Пока ещё свет не погас навсегда
Никто не знает, в какой из минут
Часы замолчат — и уже не пойдут...